ИИ в поп-музыке: почему нейросетевые хиты вызывают споры у слушателей
В новом выпуске Ваня Сотников попытался разобраться, как искусственный интеллект меняет поп-музыку и почему публика одновременно поддерживает одни нейросетевые проекты и резко критикует другие. Провокационный заголовок видео обещает разоблачение "ИИ-банутых артистов", однако содержание получилось гораздо сложнее: автор не выносит однозначный вердикт, а рассматривает разные модели взаимодействия музыкантов с технологиями.
Парадокс особенно заметен в реакции аудитории. С одной стороны, слушатели активно поднимают в чартах композиции, созданные с помощью алгоритмов. С другой - жестко осуждают известных артистов, использующих ИИ в клипах и песнях. Показательным стал случай Монеточки*, подвергшейся критике после выхода видео, созданного с применением нейросетевых инструментов. При этом публика продолжает слушать такие произведения, как "Она танцует под Шадэ", "Сыпь, гармоника", "Ворона" и "Ярмарка судеб".
Подробный [обзор нейросетей в музыке](https://www.intermedia.ru/news/406436) показывает: отдельные удачные треки еще не доказывают, что индустрию захлестнула новая волна качественной музыки. Скорее, речь идет об эффекте ошибки выжившего. Слушатели видят несколько вирусных композиций, но почти не замечают тысячи однотипных релизов, которые быстро исчезают из рекомендаций.
Сотников обнаружил на "Яндекс Музыке" целую фабрику контента, связанную с продюсером Юрием Киселёвым. Среди ее проектов - Соломон, нейросетевой двойник Влада Соколовского, а также множество других виртуальных исполнителей. Большинство подобных артистов собирает крайне небольшое количество прослушиваний. Длительное знакомство с такими треками позволяет легко распознать характерные признаки Suno: плоскую динамику, однообразную вокальную подачу и пока еще заметную искусственность аранжировок.
Неудачными оказались и дуэты российских поп-звезд с ИИ-исполнительницей Сашей Комович. И Дима Билан, и Валерия открыто рассказывали о применении нейросети, сопровождая релизы заявлениями о наступлении музыкального будущего. Однако громкие пресс-релизы не помогли композициям стать хитами: песни не вызвали у аудитории ни сильных эмоций, ни устойчивого интереса.
Этот пример важен для понимания того, как работают ИИ в музыке и артисты. Сам факт использования инновационной технологии еще не превращает песню в событие. Важны драматургия, мелодия, убедительная интерпретация и эмоциональная связь со слушателем. Если этих элементов нет, эффект новизны быстро исчезает.
Иногда, впрочем, происходит обратное. Нейросетевая версия может показаться публике более живой и искренней, чем исполнение настоящего артиста. Так случилось с композицией "Она танцует под Шадэ", где несовершенный женский ИИ-вокал не помешал песне стать популярной. Схожая история произошла с проектом Zivrt - виртуальным двойником Zivert, созданным Вадимом Юмаевым, который утверждает, что сделал это случайно. Записанная им композиция получила известность, тогда как в исполнении самой Zivert эта песня не стала заметным хитом.
Ситуация с Zivrt поднимает не только художественные, но и юридические вопросы. Внешность цифрового персонажа напоминает образ Zivert, хотя и не копирует его полностью. Возникает проблема границ допустимого: где заканчивается вдохновение и начинается незаконное использование узнаваемого образа? Пока судебная практика в этой сфере практически отсутствует, рынок остается открытым для новых экспериментов с искусственными голосами, лицами и сценическими персонажами.
Именно поэтому [искусственный интеллект и создание музыки](https://www.intermedia.ru/news/406436) сегодня развиваются быстрее, чем правила их использования. Неясно, кому принадлежат права на трек, если текст написал человек, мелодию сгенерировала программа, а вокальная партия имитирует конкретного исполнителя. Также остается открытым вопрос о маркировке: должен ли слушатель заранее знать, что слышит не живого певца, а цифровую модель?
Для профессионалов нейросети для музыкантов уже становятся частью рабочего инструментария. Они помогают создавать демоверсии, подбирать гармонии, тестировать аранжировки, искать необычные тембры и ускорять подготовку материала. Однако технология не отменяет авторского замысла. Напротив, чем доступнее становится генерация музыки с помощью ИИ, тем сильнее ценится индивидуальность - узнаваемый голос автора, собственная интонация и способность рассказать историю.
В ближайшие годы рынок, вероятно, разделится на несколько направлений. Одни исполнители будут использовать ИИ как вспомогательную студийную программу, другие создадут полноценные виртуальные проекты, а третьи начнут принципиально подчеркивать "живое" происхождение своих записей. Побеждать будут не обязательно самые технологичные релизы, а те, которым удастся сформировать доверие и эмоциональную привязанность аудитории.
Таким образом, нейросети не гарантируют ни успеха, ни провала. Они лишь расширяют набор инструментов, доступных артистам и продюсерам. Главный вопрос по-прежнему остается прежним: есть ли в песне идея, чувство и художественная причина для существования? Если ответ отрицательный, даже самая современная технология не спасет композицию от забвения.
* Монеточка внесена в реестр иностранных агентов на территории Российской Федерации.
